Психолог Юлия Гусева



Школа является мощным институтом социализации [Андреева Г. М., 2003; Иванова Е. Н., Клецина И. С., 2008]. Учебное заведение – не только образовательное учреждение, но и важная социокультурная среда, в которой школьник взаимодействует как со сверстниками, так и со старшими. Возрождение в России школ с раздельным по полу обучением стало причиной появление новой образовательной среды. Вопросы целесообразности раздельного по полу обучения неоднократно обсуждались педагогами, психологами и социологами. Специалисты, внедряющие раздельное обучение в педагогическую практику, высокого мнения не только о качестве образования в гомогенных по половому признаку коллективах, но и обращают внимание на то, что детям намного комфортнее учиться с представителями своего пола [Еремеева В. Д., 2007; Наследова Г. А., Тихомирова Е.М., 2000]. Иной точки зрения придерживаются представители гендерного сообщества, обращающие внимание на специфику взаимодействия детей в однородном классе, сложности социализации и другие проблемы [Гусева Ю. Е., 2004; Клецина И. С., 2003; Кон И. С., 2009; Рабжаева М. В., 2002; Тупицына И. А., 2002; Чернова Ж. В., 2006]. 

Мы обратились к опыту выпускников одной из школ с раздельным по полу обучением г. Санкт-Петербурга. В исследовании приняли участие 21 респондент (18-20 лет): девять девушек и 12 юношей. Все респонденты имели опыт раздельного и совместного по полу обучения: 15 респондентов обучались в классе с раздельным обучением восемь, шесть респондентов – пять лет. С помощью полустандартизированного интервью была собрана информация о личном опыте обучения. Учитывая, что все респонденты – выпускники одной школы и всего четырех классов (два выпуска), данное исследование близко         по своей идее к case-study. Мы делали акцент на качественном анализе данных, выделяя типичные сообщения, встречающиеся не один раз.

Однородная по полу среда создает недостаток общения со сверстниками противоположного пола. В результате появлялась зависть к тем, кто учился в смешанных классах: «Лично мое отношение к людям которые встречались с девочками, ну из параллельного класса — я им немного завидовал» [Юноша, 19 лет. Опыт раздельного обучения – 8 лет]. Некоторые выпускники полагают, что именно гендерная сегрегация в школа оказалась причиной сложностей взаимодействия: «очень мало было общения было с девочками, и, по-моему, это было довольно не хорошо, как бы и многие даже вот спустя много лет ну не могли спокойно общаться с девочками, потому что как то им было не очень хорошо» [Юноша, 19 лет. Опыт раздельного обучения – 8 лет]. Многие отмечают, что те, кто имел опыт смешанного обучения, больше готовы к жизни, чем они. Обедненная контактами социальная среда не способствует формированию навыка общения. Школьники должны были пройти через все этапы взаимодействия в противоположным полом, но так как этого не произошло, то в старших классах  наблюдались формы поведения, характерные для раннего подросткового возраста: «у нас пацаны в 10-11 классе не представляли как учиться вместе, дергали за косички, толкали» [Юноша, 19 лет. Опыт раздельного обучения – 5 лет].

В школе сложилось два мира, которые практически не пересекались: «НЕЕЕТ!Мы вообще с ними не общались!» [Девушка, 19 лет. Опыт раздельного обучения – 5 лет], ничего не знали друг о друге: «Девчонок мы видели как отдельных людей» [Юноша, 19 лет. Опыт раздельного обучения – 5 лет] и стеснялись: «Если мальчик заходил в наш класс, я пряталась под парту» [Девушка, 19 лет. Опыт раздельного обучения – 8 лет]. Общение инициировалось учителями и носило принудительный характер: «Они приходили к нам в класс допустим на 8 марта. Приходят значит мальчики, в классе 7 или 6 это было,…приходят…подарить нам надо игрушки на 8 марта…они вот так вот встали в линеечку перед нами. Учитель нас поздравил с 8 марта: «девочки с праздником» туда сюда…Мальчики вот так вот нам покидали игрушки, даже не подойдя к партам и ушли. Так что мы не общались вообще» [Девушка, 19 лет. Опыт раздельного обучения – 5 лет]. Совместные мероприятия, которые были должны компенсировать недостаток общения на уроках, своей цели не достигали: «дискотеки в Новый года проходили так: девочки сидят, мальчики стоят у стеночки» [Девушка, 18 лет. Опыт раздельного обучения – 5 лет]. При этом, школьники из смешанных классов оказывались более раскованными: «они [ученики однополых классов] стеснялись подойти, не подходили, ну там вот все это четко проявлялось, ну там допустим в смешанных классах нормально все, ну они там эгегей, огого и все тусят короче, а мальчики и девочки раздельно которые они ну так скованы» [Юноша, 19 лет. Опыт раздельного обучения – 8 лет]. К сожалению, одной из причин появления «двух миров» оказывались сами учителя, которые использовали ситуацию в педагогических целях: «тех, кто плохо вел себя отправляли в класс мальчиков. И мальчиков к нам приводили» [Девушка, 19 лет. Опыт раздельного обучения – 8 лет].

Гендерная сегрегация способствовала возникновению страхов: «когда перешла в 10 класс, у меня начались проблемы с общением. Мне тяжело было ответить, я не понимала, что воспримут, как воспримут, как надо отвечать мальчику» [Девушка, 20 лет. Опыт раздельного обучения – 8 лет]. Таким образом, окончание школьного обучение становится не только этапом вхождения в новую жизнь, бывший школьник еще должен научиться общаться: «После школы мы вообще не понимали как с ними разговаривать, вдруг они инопланетяне» [Юноша, 19 лет. Опыт раздельного обучения – 5 лет]. Сегрегация в процессе обучения также становится причиной того, что у учеников складывается негативный образ  противоположного пола. Н. Л. Новак [2004] выяснила, что школьники, проучившиеся три года в смешанных классах, более позитивно оценивают школьников другого пола, нежели те, кто учился в однополых классах. Эти выводы подтверждаются нашими данными: «мальчики это что-то такое вот, ну вот что нельзя с ними общаться, то, что они как бы такие изверги, которые только и ищут повода, чтобы поиздеваться над девочкой» [Девушка, 18 лет. Опыт раздельного обучения – 5 лет]. Феномен внутригруппового фаворитизма и межгрупповой вражды проявляется и в более старшем возрасте. Между мальчиками «сформировалась такая, знаешь, прочная  отличная дружба». Зато отношение к девочкам негативное: «Девочки, которые с нами учились, они законченные мрази» [Юноша, 19 лет. Опыт раздельного обучения – 8 лет]. Отчасти причиной становились типичные для школ соревнования между классами: «Ну у нас в основном оно проходило на фоне конкуренции, т. е. два класса, там…всякие соревнования, какие-нибудь там выступления вот… у нас все делалось, короче, чтобы девочки хотели чтобы ну победить мальчиков,  мальчики, соответственно, хотели победить девочек» [Юноша, 19 лет. Опыт раздельного обучения – 8 лет]Мало того, дети чувствовали разницу и между ними самими и теми, кто учился в смешанных классах: «Ну мы были все такие правильные девочки, а они [девочки из смешанного класса] были все такие неправильные, потому что это как-то влияло. Ну они все вместе общались, все вместе где-то были, какие-то у них вместе компании были и наверно поэтому» [Девушка, 19 лет. Опыт раздельного обучения – 5 лет].

Примечательно, что в однородном по полу коллективе происходит усиление гендерной дифференциации. В классах формируется особая гендерно-стереотипная субкультура с соответствующими нормами, ценностями и моделями поведения. Соответствие нормам определяет статус ученика: «то что я был говорливым, это не ценилось в «М»[1] классе, а вот в «С» это уже… ну в смешанном техническом классе... это уже как бы выдвигало» [Юноша, 19 лет. Опыт раздельного обучения – 8 лет]. Иллюзией оказывается то, что классы девочек более дисциплинированны и спокойны. Напротив, однородная среда способствовала возникновению форм поведения, обычно скорее типичных для мальчиков: «У нас были все время какие-то конфликты, мы все время кричали, выдирали друг другу волосы, очень часто было то, что мы дрались» [Девушка, 19 лет. Опыт раздельного обучения – 5 лет]. Выпускники описывают свой опыт преимущественно как негативный, высоко оценивая лишь полученные знания. Единственным плюсом раздельного обучения называются испытания: «плюсы наверно – конкуренция,  что если в этой, как это называется, в естественном отборе. Но если ты выживаешь, ты становишься сильнее» [Юноша, 19 лет. Опыт раздельного обучения – 8 лет].

 Однородный по полу класс оказывается скорее негативным институтом социализации. В гомогенной среде в большей степени происходит процесс гендерной дифференциации и сегрегации, биологические характеристики (пол) оказываются доминирующими над индивидуальными. Школьники испытывают явный недостаток общения и не имеют возможности его компенсировать, так как большая часть их жизни происходит в школе. Общение вне процесса обучения, инициированное учителями, является искусственным и не удовлетворяет потребностей школьников. Таким образом, раздельное обучение отнюдь не является личностно-ориентированным. Напротив, такая система образования нивелирует личность, выдвигая на первый план биологический пол.

Литература

  1. Андреева Г. М.Социальная психология. Учебник для высших учебных заведений. – М., 2003.
  2. Гусева Ю. Е. Раздельное по полу обучение: усиление половой дифференциации или создание «нового типа» людей // Лидерство. Гендерные перспективы. Труды первой международной конференции.  – СПб, 2004. – С. 119-121.
  3. Еремеева В. Д. Мальчики и девочки – два разных мира. // Классное руководство и воспитание школьников. – 2007. – №  3.
  4. Клецина И. С. Раздельное по полу обучение: «за» и «против» // Практикум по гендерной психологии / Под ред. И. С. Клециной. – СПб.: Питер, 2003. –  С. 119 – 130.
  5. Клецина И. С., Иванова Е. Н. Социализация // Практикум по социальной психологии. – СПб, 2008. – С. 45-59.
  6. Кон И. С. Мальчик – отец мужчины. – М., 2009.
  7. Наследова Г. А., Тихомирова Е. М. К вопросу о психологическом обосновании целесообразности раздельного обучения // Женский вопрос в контексте национальной культуры: психологический подход. – СПб., 2000. – С. 27-34.
  8. Новак Н. Л. Образ противоположного пола в представлениях младших школьников. Выпускная квалификационная работа. – СПб.: РГПУ им. А. И. Герцена. – 2004.
  9. Рабжаева М. В. Круглый стол «раздельное обучение: за и против» // Посиделки. Информационный листок. – 2002. – № 3 (17) – С. 7 – 9.
  10. Тупицына И. А. Гендерное образование в мужских и женских школах. Является ли раздельное обучение гендерно-ориентированным? // Гуманитарные исследования и гуманитарное образование на Европейском Севере: Сборник материалов международной конференции. – Архангельск, 2002. – С. 209-212.
  11. Чернова Ж. В. Современные модели гендерно-сегрегированного образования // Журнал исследований социальной политики. – 2006. – Т. 4. – № 1. – С. 53-81. 
Гусева Ю.Е. психолог.

Психология в педагогической деятельности: традиции и инновации.

СПб.: Изд-во РГПУ им.А.И. Герцена, 2010. – С. 144-148.